Иду и не понимаю
О чем афиши вокруг кричат
Запекшейся кровью
Становится каждый открытый чат
И смыслов хоть отбавляй
Хоть ешь, хоть новые создавай
Из сахарных шоу и пуда соли
Не выпечь свой каравай
Куда себя спеть, на каком концерте
Чтобы выкричать эту боль
Чтоб услышали сквозь стаканов звон
И мутный в них алкоголь?
Куда себя из себя извлечь
Чтобы стало заново хорошо?
Мой выбор — не суицид
Не храм, не дурь и не порошок
Не снова в животик мамин
Хотя никто не предлагал
Память — железный сейф
Превращающийся в мангал
Иду и напоминаю, что все проходит
Пройду и я
Бхарго девасья дхимахи
Дхийо йо нах прачодаят
Все шло как дым без огня по кругу
Всё шло по плану, по плану б
Иду, позвякивая ключами
Но это снова не путь к себе
Куда себя спеть, на каком концерте
Чтобы выкричать эту боль
Чтоб услышали сквозь стаканов звон
И мутный в них алкоголь?
Куда себя из себя извлечь
Чтобы стало заново хорошо?
Мой выбор — не суицид
Не храм, не дурь и не порошок
Не снова в животик мамин
Хотя никто не предлагал
Память — железный сейф
Превращающийся в мангал
Иду и не понимаю о чем афиши вокруг кричат
Иду и не понимаю о чем афиши вокруг кричат
Иду и не понимаю о чем афиши вокруг кричат
Иду и не понимаю, иду и не понимаю
Куда себя спеть, на каком концерте
Чтобы выкричать эту боль
Чтоб услышали сквозь стаканов звон
И мутный в них алкоголь?
Куда себя из себя извлечь
Чтобы стало заново хорошо?
Мой выбор — не суицид
Не храм, не дурь и не порошок
Не снова в животик мамин
Хотя никто не предлагал
Память — железный сейф
Превращающийся в мангал
Пробьют куранты, часы с кукушкой
И человечества звездный час
Все, что я знаю: бог — это время
Бог — это время, остановившееся для нас
I walk along, uncomprehending
Of what the posters around me scream
With dried, caked blood
Every open chat-room turns
And meanings abound—
You could gorge on them, or conjure up new ones
But from sugary shows and a ton of salt
You cannot bake a true loaf of bread
Where can I sing myself—at which concert stage—
To scream out this pain?
So they might hear it through the clinking of glasses
And the murky alcohol within?
Where can I extract myself from myself
So that things might be good again?
My choice is not suicide
Not the temple, not weed, and not powder
Not back into my mother’s womb—
Though no one offered that
Memory is an iron safe
Transforming into a barbecue grill
I walk, reminding myself that everything passes
And I, too, shall pass
Bhargo devasya dhimahi
Dhiyo yo nah prachodayat
Everything drifted in circles like smoke without fire
Everything went according to plan—Plan B
I walk along, keys jingling
But this, once again, is not the path back to myself
Where can I sing myself—at which concert stage—
To scream out this pain?
So they might hear it through the clinking of glasses
And the murky alcohol within?
Where can I extract myself from myself
So that things might be good again?
My choice is not suicide
Not the temple, not weed, and not powder
Not back into my mother’s womb—
Though no one offered that
Memory is an iron safe
Transforming into a barbecue grill
I walk along, uncomprehending of what the posters around me scream
I walk along, uncomprehending of what the posters around me scream
I walk along, uncomprehending of what the posters around me scream
I walk, uncomprehending; I walk, uncomprehending
Where can I sing myself—at which concert stage—
To scream out this pain?
So they might hear it through the clinking of glasses
And the murky alcohol within? Where can I extract myself from myself
So that things might be good again?
My choice is not suicide—
Not the temple, not drugs, nor white powder.
Not back into my mother’s womb—
Though no one offered that.
Memory is an iron safe
Transforming into a barbecue grill.
The chimes will strike—the cuckoo clocks—
And humanity’s finest hour.
All that I know is this: God is Time;
God is Time, standing still for us.
