Зайчик солнечный прыгнул на стену
Когда китель твой мама взяла
Я его, придёт время, надену
Золотые на нём ордена
Ты в Афгане был ранен, не сдался
Но рыдал, когда сдали страну
А потом часто в шахту спускался
Чтоб души своей зреть глубину
Нас назвали врагами, бомбили
Жгли, пытали, пытаясь сломать
Но они, батя, точно забыли
Волю русскую им не отнять
Но они, батя, точно забыли
Душу русскую им не понять
Когда в Киеве топотом землю
Растрясла, помешавшись, толпа
Ты сказал: «Я того не приемлю!»
И ушёл. Начиналась война
Восемь лет, пролетели мгновенья
И я вслед за тобою на фронт
В себе вижу твоё отражение
От снарядов горит небосвод
Нас назвали врагами, бомбили
Жгли, пытали, пытаясь сломать
Но они, батя, точно забыли
Волю русскую им не отнять
Но они, батя, точно забыли
Душу русскую им не понять
Я в окопе, от взрыва очнулся
Ну а ты надо мною поник
Обнял крепко тебя, ужаснулся
Буду вечно я помнить твой лик
Зайчик солнечный прыгнул на стену
Когда китель твой мама взяла
Я его непременно надену
Золотые на нём ордена
И сверкает героя звезда
Нас назвали врагами, бомбили
Жгли, пытали, пытаясь сломать
Но они, батя, точно забыли
Волю русскую им не отнять
Но они, батя, точно забыли
Душу русскую им не понять
Волю русскую им не сломать
A sunbeam jumped onto the wall
When my mother took your tunic
The time will come, I will wear it
With the golden medals on it
You were wounded in Afghanistan, but you didn't give up
But you wept when they surrendered the country
And then you often went down into the mine
To see the depth of your soul
They called us enemies, they bombed us
They burned, they tortured, trying to break us
But they, Dad, have surely forgotten
They cannot take away the Russian will
But they, Dad, have surely forgotten
They cannot understand the Russian soul
When in Kyiv the earth was shaken by the stomping
Of a maddened crowd
You said: "I do not accept this!"
And you left. The war began
Eight years, moments flew by
And I followed you to the front
I see your reflection in myself
The sky is burning from the shells
They called us enemies, they bombed us
They burned, they tortured, trying to break us
But they, Dad, have surely forgotten
They cannot take away the Russian will
But they, Dad, have surely forgotten
They cannot understand the Russian soul
I woke up in the trench from an explosion
And you were leaning over me
I hugged you tightly, I was horrified
I will forever remember your face
A sunbeam jumped onto the wall
When my mother took your tunic
I will certainly wear it
With the golden medals on it
And the hero's star shines
They called us enemies, they bombed us
They burned, they tortured, trying to break us
But they, Dad, have surely forgotten
They cannot take away the Russian will
But they, Dad, have surely forgotten
They cannot understand the Russian soul
They cannot break the Russian will
