Текст песни Pastor Napas - Трафик

Косые взгляды, у падика наискось лица
Не фильтруют базар,но обломаются биться
В воздухе стойко,запах перцовой настойки
эти дворы я знаю постольку, поскольку здесь рос,

восход, смолино, брызгами грязь из под моих белых кросс
осень раскрыла пасть, зубы гнилые врозь
старость и злость копим, дайте опиум для народа

дурь по штакетам, расклад по нотам
песенка спета, и под землю втоптана
холодно, пар изо рта, из носу сопли,
белое "где-то", с фонариком сотовый в грязь,

как же она заебала
по улицам лазить, под бит из подвала
я впитывал то, что видел, совесть маралась
дамы теряли честь, а господа - ебало

луна улыбалась только достойным
по белому - алым, в парадных и арках,
ночь явно старалась стать непристойной,
дети на новых русских, и стареньких иномарках

мои пятаки, озеро, десятины
синие партаки, сутулые спины
я не был таким, будто необратимо
меняется всё, что казалось любимым

а может и не было вовсе,
ведь причём тут проседи на висках,
этой осенью уже мало куска
с криком ворона, я поднял голову,
чёрные кроны съебались в стороны

я плотно сжимал зубами патрон
глаза раздражал этот полусезон
молча кивали, знакомые рожи
еле справляясь с болезненой дрожью

может попозже, ещё чуть-чуть подождать
и тот, кто должен вдруг сможет отдать?

Sideways glances, the bastard has a slanted face
They don’t filter the market, but they’ll stop fighting
There is a persistent smell of pepper tincture in the air
I know these yards because I grew up here,

sunrise, Smolino, mud splashes from under my white sneakers
autumn opened its mouth, rotten teeth apart
We are storing up old age and anger, give us opium for the people

nonsense on the pickets, layout according to the notes
the song is sung and trampled under the ground
cold, steam from the mouth, snot from the nose,
white “somewhere”, with a cell flashlight in the dirt,

how fucked up did she get
Climb the streets to the beat from the basement
I absorbed what I saw, my conscience was dirty
ladies lost honor, and gentlemen - fucked up

the moon smiled only at the worthy
on white - scarlet, in the front doors and arches,
the night was clearly trying to become obscene,
children in new Russian and old foreign cars

my nickels, lake, tithes
blue partakis, stooped backs
I wasn't like it's irreversible
everything that seemed loved changes

or maybe it wasn’t at all,
After all, what does gray hair at the temples have to do with it,
this fall there is already not enough piece
with the cry of a raven, I raised my head,
black crowns moved to the sides

I clenched the cartridge tightly with my teeth
my eyes were irritated this half-season
silently nodded, familiar faces
barely coping with painful trembling

maybe later, wait a little longer
and the one who owes will suddenly be able to give?